Мирная жизнь

Родился Иван Синюгин в Днепровской почти сорок лет назад в семье колхозного механизатора Ивана Григорьевича и строительной отделочницы Клавдии Валентиновны. И ничем особо от станичных сверстников не отличался. Приходилось пасти коров, косить сено, управляться по хозяйству, пока родители с утра до ночи трудились на работе. Впрочем, не одному ему, но и старшему брату Андрею и сестре Ольге.

После школы сразу поступил учиться в Брюховецкий агроколледж на мехфак. После получения диплома успел два месяца в «Руси» поработать, прежде чем призвали на срочную.

После дембеля вернулся домой и опять в агрофирму «Русь», а еще поступил на заочное отделение Кубанского агроуниверситета, чтобы стать инженером-механиком. Позже ему пришлось уйти из агрофирмы с ее почти семидневной рабочей неделей. Хотя пользовался уважением и у руководства, и среди механизаторов.

Потом работал монтажником трубопроводов и металлоконструкций. Даже на заводе в Новомосковске успел поработать. Словом, помотало парня, прежде чем окончательно вернулся на родную Кубань.

А может, возвращение домой было связано с Оксаной, его будущей женой, с кем пересеклись в одной из соцсетей? Да-да, именно Интернету они обязаны счастьем. Познакомились, поддерживали связь через сеть, пока Иван работал в Подмосковье, а потом встретились в Тимашевске, куда Оксана переехала с Севера. У нее уже была маленькая дочка Маргарита. А через год после свадьбы у них родилась София. И потом дочка Аврора, которой уже девять.

Работал на молочке, а в декабре 2013 года устроился на кофейную фабрику теплотехником.

Обязан быть на фронте

Уже тогда продвинутый во всех отношениях Иван Иванович с тревогой поглядывал в сторону Украины, где удушливо заполыхал так называемый «майдан». Молодой инженер следил за политикой, не пропуская теленовостей и внимательно просматривая сайты и блоги о том, что происходит не только в России, но и за ее пределами.

А когда в 2022 году была объявлена СВО, Синюгин спустя некоторой время понял, что он, как русский воин, просто обязан быть на фронте. Ведь его прадеды сражались в Великую Отечественную войну.

Жене он ничего тогда не сказал. И родителям тоже. А потому как Иван Синюгин уже был одним из самых бойких казаков местного общества, жена решила, что его просто отправили на учебные сборы в БАРС.

Он звонил ей из Молькино, где осваивал современные боевые приемы. Потом, подписав с БАРСом двухмесячный фронтовой контракт, попал в Ростовскую область, где, готовясь в штурмовики, стрелял на полигонах из гранатомета, пулемета, изучал азы саперного дела и полевой медицины. Тогда и сообщил брату, что уходит на СВО. К тому времени уже объявили частичную мобилизацию. Поэтому все решили, что вроде как призвали.

Мог бы Синюгин этого избежать? Мог. У него есть ограничение по здоровью из-за аварии после службы в армии. Опять же, по нынешним меркам, считается главой многодетной семьи. Но, как сказал Иван: «…Лучше мы к ним пойдем, чем они к нам «в гости» припрутся». Тем более что на родную ему Кубань бендеровцы уже давно рот разевают.

Боевой путь

Военная история нашего станичника была непродолжительной, но насыщенной. Сначала в сентябре зашли в Лисичанск. Потом бились с вражескими диверсантами на железнодорожном вокзале в Рубежном, затем стояли в обороне на местном НПЗ, куда подошли ночью, и вроде все было нормально. Рядом «вагнеровцы» на танках стояли, чуть дальше донецкое ополчение. Но, похоже, их уже засекли. Потому что, как только Иван начал показывать приехавшему КамАЗу с зениткой, куда встать в большом крытом ангаре, начались прилеты. Сначала издали, а потом все ближе и ближе.

Он смутно помнит, как его взрывной волной отшвырнуло в сторону. Оглушенный, увидел только, как кирпичи роем летают. Боли от шести осколочных ранений ноги, плеча, лица и спины он в тот момент из-за шока не почувствовал. Зато никогда не забудет ощущения, как по его спине будто горячий ручей потек. То была кровь из большой раны на позвоночнике, отчего он ног не чуял.

Услышал, как товарищи кричат: «Есть кто живой?». Отозвался. Подбежали, подняли, закинули в «Урал», отвезли в Лисичанск, где прооперировали. Потом в Луганск. А там его, недвижимого, перегрузили в вертолет МИ-8 и отправили уже в Ростов. Оттуда спустя месяц после ранения военным бортом отправили в Питер, в военно-медицинскую академию им. Кирова.

— Рядом с Невой лежал, прямо с видом на «Аврору», — невесело шутит Иван. — Потом, уже в конце января 2023-го, опять же военным бортом, с несколькими «подскоками» отправили аж в Хабаровск. Там долечивался до начала марта. А затем через Москву с пересадкой на поезде добрался домой.

До этого, правда, пытался пройти ВВК. Чтобы все было чин по чину. То есть, что получил ранение не в какой-то заурядной автоаварии. А осколками от вражеского фугаса: то ли от «Хаймерса», то ли от «трех топоров» (это тяжелая американская пушка М777). Но военные бюрократы сообщили ему по телефону, что он уволен еще в конце января по истечении срока контракта, подписанного Иваном Синюгиным с БАРСом еще летом.

Обидно? Конечно. Хотя виду Иван не подает. Упомянул, правда, вскользь, как ему спустя год звонил его замполит Шаман и спрашивал, не получил ли тот орден Мужества, которым были награждены четверо его товарищей из уцелевшего подразделения. Нет? И, удивленно хмыкнув в трубку, посоветовал бойцу запастись терпением. Авось после победы награда найдется.

Ладно. Жив — и слава богу! Семья, особенно его маленький «женский батальон» из дочерей, зацеловав, заставила пообещать, что папа никуда больше не уедет. И на работе на кофейной фабрике приняли с пониманием к его «оправдательным» госпитальным бумагам. Ведь он, уходя на фронт, брал отпуск без содержания только на время контракта с БАРСом.

Как устроена служба в МОГ

Казалось бы, все позади. Во всяком случае, для него. Но не для страны, что каждую ночь отбивается от полчищ украинских, вернее, западных беспилотников. Поэтому Иван, как только казачьи командиры сообщили, что идет набор опытных людей в мобильные огневые группы (МОГ), отправился в военкомат.

Теперь он командир отделения МОГ, совмещающий должность с обязанностями водителя и стрелка. Подписав контракт с министерством обороны, он уже дважды уезжал в боевые командировки, защищая от вражеских БПЛА портовую инфраструктуру, НПЗ, энергосооружения и другие значимые объекты.

Я спросил его об условиях работы в мобильных огневых группах. По его словам, если есть желание защищать свой дом, как и положено настоящему мужчине, то все просто. Приходите в военкомат, заключаете контракт. Перед выходом на дежурство бойцы МОГ проходят двухнедельный курс специальной огневой подготовки на полигоне. То есть стрельбе на упреждение, определению и отслеживанию целей, владению специальной аппаратурой и так далее, по сути, получая новую специальность.

А что с оплатой? Все условия можно узнать в военкомате. О себе Иван рассказал, что, как командиру отделения, министерство обороны ему платит 33 тысячи в месяц. Плюс ежемесячные 50-тысячные губернаторские выплаты. Плюс 10 тысяч от казачества. Бывают дополнительные премии за конкретно уничтоженные беспилотники от владельцев охраняемых объектов и так далее.

А с работой как же? Понятно, что работодателям не очень нравится, когда их работники по закону освобождаются от рабочих обязанностей на время контракта с МО для службы в МОГ. Причем с сохранением зарплаты, которая, правда, потом компенсируется из государственного бюджета.

В то же время начальники предприятий понимают, что иначе нельзя. Ведь завтра и по ним может в буквальном смысле прилететь. Время такое. Время терпения. Время героев.

Акцент

Вместе — мы сила. А поодиночке — пыль

Прощаясь с Иваном, спохватился, что не задал важный вопрос в один из главных общенациональных праздников: что он думает о Дне народного единства?

Задумавшись на минуту, он вопросительно посмотрел на меня, как бы спрашивая: а ты? И мы вместе, порой перебивая друг друга, пустились в рассуждения. В результате пришли к железному выводу: пока мы, россияне, вместе — мы сила, а поодиночке — пыль.

Но сегодня, когда в сторону России позволяет тявкать даже карликовая Литва, мы почему-то забываем, что она вместе с поляками когда-то Москву захватила. А все потому, что мы, русские, перегрызлись меж собой и позволили предателям открыть столичные ворота.

Увы, подлый принцип «разделяй и властвуй», известный с античных времен, действует и сегодня. То есть враги искусственно разжигают между братскими, по сути, народами вражду, чтобы разорвать вековые связи и лишить единства, а когда ты один, разобраться с тобою гораздо проще. Именно поэтому сегодня так важны взаимовыручка и единство: и там, на передовой, и здесь, в тылу, где бойцы мобильных огневых групп держат небо, а тысячи волонтеров помогают нашим ребятам приближать общую победу.

Александр Мирончук